Пчелы могут грабить. Любое, даже самое незначительное вмешательство в гнездо пчел нарушает гармонию жизни семьи, сбивает ритм всех работ в улье: пчелы-кормилицы на какое-то время прекращают уход за расплодом, гроздья пчел-строительниц (в гроздьях им легче поддерживать более высокую, чем в улье, температуру, необходимую для интенсивного выделения соска и размягчения восковых пластинок) распадаются, матка остается без свиты, уходит вглубь улья и на некоторое время прекращает класть яйца (особенно пугливы матки среднерусской расы) , лет пчел за взятком резко падает, ослабляется охрана летка.
Такое поведение семьи вполне естественно. Все жизненные процессы пчел в гнезде протекают почти при полном мраке. Только через леток к ним проникает свет и то очень слабый, отраженный. С открытием же улья освещается все гнездо, и не отраженным, а прямыми лучами. Действие света, а также само вторжение в гнездо расстраивает жизнь семьи. Это состояние может быть кратковременным и поверхностным, то есть захватывать небольшие контингента пчел, если гнездо открывают лишь частично и на короткое время, и глубоким, захватывающим всю семью надолго, когда операция по расширению гнезда ведется неквалифицированно: гнездо открывается настежь и на длительное время, в нем, порой ради простого любопытства, делаются перемещения рамок, не вызываемые никакой необходимостью. Повышенная злобность такой семьи
сохраняется надолго, порой несколько дней после вмешательства в ее жизнь.
Из открытого улья идет сильный медовый запах. Пчелы чувствуют его за десятки метров. Если в это время в природе нет взятка или он слабый, что бывает чаще, пчелы, пролетающие мимо открытого улья, сейчас же меняют свое направление и устремляются на аромат. Так как осматриваемая семья дезорганизована, они легко проникают в ее гнездо, с жадностью напиваются медом и торопливо улетают. С украденной ношей пчелы-воровки возвращаются в свое гнездо, предварительно запомнив место нахождения чужого улья (пчела-воровка, переполненная медом, с трудом поднимается в воздух и для запоминания делает несколько спиралеобразных витков, с каждым разом увеличивая их диаметр).
Не пройдет и нескольких минут, как эта воровка вновь появится около того же улья, но уже не одна. С ней вместе прилетят десятки других пчел, и все они настойчиво будут пытаться проникнуть в улей. И пусть он в это время будет уже закрыт, жажда пробраться к запасам меда у них от этого не уменьшается. Воровки долго и настойчиво облетывают улей, стараясь отыскать в нем хоть какую-нибудь лазейку, не охраняемую пчелами. Не найдя ее, они устремляются к летку.
Если в семье к этому времени не восстановится нормальная жизнедеятельность и леток будет оставаться плохо защищенным, они, не встретив сопротивления пчел-хозяев, проникают в гнездо и через тот же леток уходят с похищенным медом.