Роение — это рождение новой семьи, самый торжественный момент в жизни пчел. Еще утром улей был спокоен и тих. Из него вылетали и возвращались обратно только редкие, единичные пчелы, хотя пасека давно уже работала. Но вот солнце поднялось выше, сошла роса, ярче заголубела синь неба, начался тихий теплый день. И что-то вдруг произошло с этим, будто дремавшим, ульем. В одно мгновение он загудел, из летка посыпались чем-то возбужденные пчелы, следом за ними, как из кипящего вулкана, черной лавиной двинулись тысячи других, словно их гнала какая-то неведомая сила. Вместе с ними выходит и матка. Опережая друг друга, пчелы торопятся скорее подняться в воздух и присоединиться к уже снующим во все стороны разгоряченным сестрам.
Гул пчел, торжественный и радостный, переносится ввысь, повисает над пасекой, разрастается.
Десятки тысяч пчел, словно огромный слаженный хор, поют величальную песню, славя рождение новой семьи.
Ликуя и кружась в звенящем вихре, они то поднимаются высоко, словно стремясь уйти в безоблачные дали, то вновь опускаются ниже, сгущаясь в сплошное темное облако, то волной откатываются в сторону. Но недолго длится это торжество. Пчелы облюбовывают удобное место в кроне дерева или куста и начинают свиваться в гроздь. Это замечает матка и присоединяется к ним. Гроздь растет на глазах, и через 2—3 минуты тяжелая теплая масса повисает на ветке и смолкает. Это и есть новая семья — рой.
Считают, что в такую компактную массу роевые пчелы собираются для того, чтобы привлечь матку, убедиться в ее присутствии, успокоиться и передохнуть и всем вместе на своем пчелином языке договориться о том, в каком направлении лететь к своему новому жилищу. Обычно к моменту роения пчелы-разведчицы его уже подыскивают.
Посидев минут 15—20, рой снимается, рассыпается, делает как бы прощальный круг над своим бывшим гнездом и улетает по пути, указываемому разведчицами, навсегда забыв о месте расположения своего прежнего жилища и обо всем, что в нем осталось. Если этот рой снять и посадить в улей на той же пасеке и даже рядом с прежним его жильем, ни одна пчела не возвратится в старое гнездо. Во время роения рефлекс на прежнее место жительства разрушается.
Иногда привившийся рой задерживается на ветке дерева более продолжительное время. Это бывает тогда, когда ко дню роения разведчицы не обнаружили для будущей семьи подходящего жилища. В этом случае высылает пчел в разведку уже свившийся рой. От него отделяются пчелы, запоминают место, где он сидит, и разлетаются в разных направлениях — к лесу, отдельно стоящим деревьям, а в гористой местности — к скалам. И когда они возвратятся и доложат о том, что нашли, семья решает, за какой группой разведчиц ей лететь. Обычно рой повинуется тем разведчицам, которые наиболее энергично и настойчиво танцуют на его поверхности. Он быстро снимается и направляется в подысканное для него жилище.
Рой не будет долго сидеть на одном месте и тогда, когда разведчицы вернутся ни с чем, то есть в радиусе двух-трех километров они не подыщут жилища. Он делает перелет, снова прививается, обследует новый район и так ищет до тех пор, пока не найдет себе пристанища. Иногда, очевидно, потеряв надежду найти подходящее жилье, а может быть, потому, что запасы корма, взятые с собой, стали под-
ходить к концу, пчелы приступают к строительству сотов на той ветке, на которой рой сделал последний привой.
Бывают случаи, когда вышедший из материнского гнезда рой не успеет улететь с пасеки (ухудшилась погода или он вышел во второй половине дня), остается ночевать там, где привился. Утром, как только солнце обогреет его, он снимается и улетает.
Но только ли поиски гнезда гонят в неизведанные дали эту новую семью? Нет, не одно это. Практикой подмечено, что снявшийся рой, как правило, не остается на своей пасеке, даже если на ней и мог быть порожний улей. Часто рой пролетает и мимо дуплистых деревьев, если они находятся поблизости от бывшего гнезда, хотя дупла в них вполне пригодны для жилья. Нередко в эти дупла поселяются пчелы, прилетевшие с других, отдаленных пасек.
В стремлении роя уйти подальше от родительского крона скрыта великая мудрость природы — сохранить вид медоносных пчел от вырождения.
Расселение роев предупреждает близкородственное размножение, так называемый инбридинг, когда молодые матки из года в год спариваются с трутнями-братьями. От таких родителей поколения рождаются с пониженной жизненной силой, ослабленной работоспособностью. Сопротивляемость к неблагоприятным внешним факторам и инфекционным болезням у потомства практически отсутствует. Длительное близкородственное размножение неизбежно ведет потомство к бесплодию, а вид — к вырождению.
Чем дальше рои отлетят от своих прежних гнезд и от семей-соседей, обитающих в той же местности, с которыми через спаривание матки могли находиться в родственных связях, тем большая будет вероятность у этих роев улучшить наследственность путем прилива новой крови и предупредить вырождение своего вида.
В природе трудно встретить две семьи, которые жили бы в рядом находящихся дуплах. Человеку, некогда собравшему диких пчел в одно место — на пасеку, пришлось потом выработать приемы, предупреждающие близкородственное разведение.
Итак, биологический смысл роения медоносных пчел не только в рождении новых семей, но и в обеспечении непрерывности и надежности существования вида путем расселения пчел.
Актом расселения природа исключила и другую не менее важную опасность — гибель вида от голода. Если бы
случилось так, что каждая новая семья поселилась поблизости от материнской, то за какой-то сравнительно короткий срок местность настолько бы переполнилась пчелами, что они могли погибнуть с голоду. Окружающая их медоносная растительность не смогла бы выделить такого количества корма, которое нужно было бы им для существования.
Когда же семьи расселяются по местности, занимая все новые территории, перенасыщение медоносной растительности пчелами исключается. Они поэтому бывают в состоянии не только питаться нектаром с ранней весны до глубокой осени, но и заготовлять корм впрок, чем и гарантируют себе существование в неблагоприятные для медосбора периоды, во время зимы, а иногда и в течение нескольких лет. Рой, подыскав себе новое жилище, обосновывается в нем и сразу начинает трудовую жизнь: одни пчелы очищают стенки дупла, другие строят соты, третьи улетают за нектаром.
Как созревает рой. В семье пчел в определенном периоде ее жизни зарождается и формируется рой — ее плод.
После того как перезимовавшая семья заметно усилится, обновит гнездо, большую часть которого займет расплодом, пополнит запасы корма, особенно белкового, у нее проявляется инстинкт роения, она как бы вступает в пору половой зрелости.
Первым признаком перехода семьи из прежнего качественного состояния в новое считают появление в гнезде трутневого расплода. До этого семья жила инстинктом размножения — воспроизведением потомства, притом только женского — рабочих пчел. Трутни — мужские особи ей в стадии роста были не нужны, потому что матка в нормально перезимовавшей семье бывает всегда плодная. Не потребуются трутни и для роя-первака — с ним уходит прошлогодняя плодная матка. При роении материнская семья отдает не всех пчел, а часть — около половины. Число оставшихся будет ежедневно возрастать в результате вывода новых поколений пчел. Из них потом могут сформироваться еще 2—3 роя, и с ними уже полетят молодые неплодные матки. Для осеменения этих маток материнская семья и стремится вынести трутней.
Правда, на первый взгляд может показаться, что природа допускает ошибку, давая возможность спариться молодым маткам с трутнями-братьями. Но этот разовый родственный половой акт для семьи не опасен. Матки и
трутни, выращенные в одной семье, имеют разный наследственный фон. Женские особи несут материнские и отцовские задатки, мужские — только материнские. «Кровь» их, следовательно, не одинакова. Наследственные свойства будущего потомства поэтому не ухудшаются.
Последующие же родственные спаривания, которые могли бы расшатать наследственность будущих поколений и ухудшить ее, предупреждаются и исключаются самим роением, благодаря которому молодые матки каждого последующего поколения спариваются уже с неродственными трутнями.
Если до пробуждения инстинкта роения матка обходила трутневые ячейки и пчелы на это никак не реагировали, то теперь, в повой стадии развития, они начали их отыскивать и чистить, подготавливая под засев. Если трутневых ячеек в гнезде не будет (пчеловод выбраковал соты с такими ячейками), семья непременно построит их. Желание вывести трутней становится настолько сильным, что пчелы, не имея свободного места для строительства трутневых сотов, переделывают пчелиные ячейки в трутневые. Не сдерживает стремления семьи строить трутневые ячейки и искусственная вощина. На ней пчелы сооружают целые участки трутневых сотов.
В подготовленные трутневые ячейки матка откладывает яйца. Семья продолжает активно летать в поле за нектаром и пыльцой и воспитывать расплод, по количество откладываемых маткой оплодотворенных яиц начинает уменьшаться (она чаще отвлекается от яйцекладки в поисках трутневых ячеек, на что уходит немало времени. Иногда матка, отыскивая ячейки, проходит десятки и даже сотни метров в день). Семья продолжает расти, вес массы пчел с каждым днем увеличивается.
Резко изменяется картина лишь в строительстве сотов. Если совсем недавно семья строила соты только из пчелиных ячеек, то теперь, наоборот, с гораздо большим желанием она строит трутневые.
В таком состоянии семья живет примерно 12—14 дней. За это время в ней создаются большие резервы молодых пчел. Наступает несоответствие между количеством пчел-кормилиц и числом личинок, нуждающихся в уходе. На каждую личинку приходится не по 1—2 пчелы, как было прежде, а в 2—3 раза больше. Молодые пчелы не все выделяемое ими молочко расходуют для кормления личинок, поэтому у них сохраняется и накапливается энергия.
Они не принимают участия и в строительстве сотов. Кстати, в этом и нет нужды, так как гнездо сооружено и благоустроено еще предыдущими поколениями пчел.
Если объем гнезда невелик (его ограничивает размер дупла или улья), в нем к этому времени создается перенаселенность и как следствие этого духота. Пчелам становится трудно поддерживать нормальную температуру гнезда (35—36 градусов). Чтобы спасти расплод от запаривания, часть семьи выходит наружу и собирается в группы на стенках жилища с теневой стороны или под прилетной доской улья. У летка на прилетной доске выстраиваются в несколько рядов пчелы-вентиляторщики.
Тесное гнездо ограничивает и работу летных пчел. Оно переполняется и расплодом, в нем может не оказаться места для складывания свежего меда. В этих условиях ранее проявившийся инстинкт роения обостряется, пчелы отстраивают мисочки (основания роевых маточников) В заставляют матку положить в них яйца. Как только она это сделает, работа семьи почти полностью парализуется: в ней начинает формироваться рой.
Еще вчера пчелы интенсивно летали за нектаром и пыльцой, строили соты, хотя и трутневые, матка нормально откладывала яйца, а сегодня семья словно осталась без летных пчел. Работы продолжает выполнять лишь небольшая частица семьи, способная обеспечить принос воды для поддержания влажности в гнезде и приготовления пищи молодому расплоду. Единичные пчелы продолжают вносить в улей нектар и пыльцу. Основная масса пчел, преимущественно молодых, в возрасте примерно от 5 до 20 дней словно по какому-то сигналу выключается из работ. Им предстоит покинуть свое родное гнездо и в другом месте создать новое.
Чтобы рой мог за короткое время отстроить себе гнез -до, запасти корм и воспитать потомство, которое обеспечит существование семьи зимой и передаст эстафету жизни другим поколениям весной следующего года, он должен в своем составе иметь пчел, способных выполнять все эти работы одновременно и в высоком темпе. С такой нагрузкой могут справиться только пчелы молодые, сильные, физически не изношенные. Поэтому природа вовремя, за 9— 10 дней до выхода роя, выключает их из ритма работ, делает совершенно безучастными к тем жизненным процессам подготовки семьи к роению.
Матка резко уменьшает кладку яиц. Свита перестает уделять ей прежнее внимание и постепенно распадается. Матка начинает питаться не высококалорийным молочком, которым ее все время в изобилии кормили пчелы, а медом и уже самостоятельно.
Такое отношение семьи к своей матке биологически оправдано. При питании молочком в половых органах матки одновременно развивается и созревает огромное количество яиц.
Брюшко ее поэтому сильно увеличено, раздуто, вес максимальный — более 250 миллиграммов.
От питания медом деятельность половых органов ее затухает, яйцекладка почти прекращается, вес матки уменьшается, и она становится способной лететь с роем, тогда как тяжелая, яйцекладущая матка даже подняться в воздух не может.
Ослабление темпа яйцекладки, хотя и кратковременное, позволяет матке отдохнуть, набраться сил, нужных не только для полета, но и для того, чтобы с большей энергией начать яйцекладку в новом гнезде.
В акте рождения новой семьи (роении) вместе с роевыми пчелами участвуют и трутни, но они не присоединяются к рою. После того как он привьется, трутни торопливо возвращаются в свое жилище, чтобы уйти из него потом с последующими роями, в которых будут неплодные матки. Часть трутней остается и в своем родном гнезде. Они могут потребоваться оставшейся после роения семье с молодой, неплодной маткой.
В улье материнской семьи после выхода первого роя остается примерно половина ее живой массы, а иногда и более, но эта масса с каждым днем возрастает за счет вы-плаживающихся пчел. Примерно через 9—10 дней эта
семья бывает такой же по силе, какой она была ко дню роения. Она становится способной отпустить еще один рой, а иногда и два.
К этому времени деятельность роевой семьи почти полностью прекращается. Это и понятно: открытый расплод пчелы запечатали, а печатный в уходе не нуждается, запасы корма значительные. Семьей продолжает владеть могучий инстинкт роения.
Второй рой обычно выходит на 9—10-е сутки после первого. За такой период рой-вторак формируется в том случае, когда семья отпустила первый рой в нормальный срок, то есть на другой день после запечатывания первого роевого маточника у среднерусских пчел и па 4—5-й день, а иногда даже после выхода молодых маток,— у пчел серой горной кавказской расы.
Сроки выхода роев зависят и от состояния погоды. Если она внезапно портится, выход роев-перваков задерживается, иногда даже на несколько дней, пока не настанет теплое солнечное утро. Нередко ненастье затягивается на неделю и больше. За это время молодые матки в маточниках созревают, но выйти из них не осмеливаются, так как они, еще не окрепшие, могут быть уничтожены в поединке более сильной и проворной маткой, подготовившейся к полету с роем.
Молодые матки, находящиеся в маточниках, начинают давать о себе знать своеобразными приглушенными звуками: ква-ква-ква. Матка-хозяйка нервно отвечает на это кваканье звонким продолжительным: тю-тю-тю, предупреждая, что она здесь пока хозяйка и еще не ушла с роем. Эта своеобразная сигнализация получила название пения маток. Такое пение продолжается и после выхода первого роя, если семья намерена отпустить еще и второй рой.
Когда роевое состояние прекращается после выхода первака (способствует этому начало хорошего взятка),
первая вышедшая молодая матка поочередно прогрызает оставшиеся маточники сбоку и через эти отверстия своим жалом наносят смертельные удары находящимся в них маткам.
Иногда одновременно выходит две и даже более маток. Они неизбежно встречаются в смертельной схватке, в которой какой-то из них суждено будет погибнуть. Пение заканчивается. Оставшаяся матка успокаивается. При достижении половой зрелости (спустя 6—7 дней после рождения) она спаривается с трутнями, и семья сразу же включается в трудовую деятельность.
Некоторые особо ройливые семьи отпускают по 3—4 и более роев. Вес каждого из них становится все меньше и меньше. Их называют поройками. Каждый пороек выходит с интервалами в 1—2 дня. Такая значительная разница в сроках вторичного и последующего роения семьи объясняется сроками развития маток. Второй рой надет, пока молодая матка разовьется, выйдет из маточника, окрепнет и станет способной к полету. Поройкам же ждать развития маток не приходится. Они окрепли еще в маточниках, ожидая ухода из гнезда своей старшей сестры, успевшей выйти из маточника чуть раньше.
Роение не выгодно. Хотя естественное роение пчел и позволяет виду расселяться и поддерживать свое существование на протяжении многих миллионов лет, в рациональном пчеловодстве оно считается невыгодным. Роевая семья собирает меда в 2—3 раза меньше той, у которой инстинкт роения не проявился или не достиг остроты. Нередки случаи, когда роившиеся семьи даже не успевают заготовить себе необходимого количества корма на зиму.
Семьи, готовящиеся к роению, практически выключаются из работ на 3—4 недели, и если этот период совпадает со взятком, предшествующим главному, а нередко и с главным, то они не используют его в той мере, в какой используют семьи нероевые.
«Роение пчел, — писал старейший русский пчеловод Н. М. Витвицкий, — есть почти то же самое, что свадьба у крестьянина в, рабочее летнее время, в которое он должен был стараться поспешить окончить сенокос и жатву, чтобы позже не настала дурная погода; но он вместо того занимается приготовлением свадебного пира. Так и пчелы роятся почти в самое лучшее время для сбора меда».
Роевой инстинкт проявляется в семьях, закончивших рост, то есть сильных. Но природа наделила способностью
к размножению (роению) не только семьи сильные и продуктивные. Роятся и даже чаще ичелы плохой наследственности, малопродуктивные. Рои этих семей, расселяясь по местности или оставаясь на пасеке, через трутней передают свою плохую наследственность маткам с хорошими наследственными качествами и тем самым приводят к снижению хозяйственной ценности разводимых пчел. Роевая свобода на одной пасеке, таким образом, может помешать племенной работе многих пчеловодов, пасеки которых находятся в зоне лёта трутней малопродуктивных роевых семей, то есть в радиусе 10—15 километров.
В роевое состояние семьи приходят не в одно время, даже если они имеют одинаковую силу и содержатся в одинаковых условиях. Роевая пора поэтому измеряется не днями, а неделями. Причем и рои выходят не в одно и то же время дня: перваки — чаще утром, до обеда, а если погода ломается, то в благоприятный час после обеда; втора-ки и тем более поройки могут выходить позже и даже при пасмурной погоде, лишь бы не было дождя.
Чтобы не упустить рой, не дать ему улететь с пасеки, пчеловод вынужден неотступно, целыми днями, почти в течение месяца находиться на пасеке. У многих ли найдется столько свободного времени? Каждый ли пчеловод-любитель может приурочить свой отпуск к роевой поре?
Естественное роение порождает и много дополнительных и трудоемких работ. Чтобы готовящиеся к роению семьи не вырастили большого количества трутней, тем более неплеменных, приходится часто открывать гнезд; осматривать рамки и вырезать из них куски сотов с трутневым расплодом. Но это хирургическое вмешательство и устраняет их желания вывести трутней. Пчелы тут же застраивают эти окна новыми трутневыми сотами, а матка заносят их яйцами. Приходится повторять операцию уничтожения трутневого расплода, а пчелы снова отстраивают трутневые соты.
Чтобы часто не беспокоить семьи, многие пчеловод; вырезают трутневые соты не с засевом, а с куколками, то есть расплод уже запечатанный. Но это, хотя и дает экономию в труде, приводит к большим неоправданным тратам меда и энергии семьи. Ведь на выращивание одной трутневой личинки пчелы расходуют корма в пять раз больше, чем на воспитание личинки пчелиной. Выращивая трутневый расплод, пчелы-кормилицы отвлекаются от других, более целесообразных с точки зрения практиче-
ского пчеловодства работ: строительства сотов, выращивания пчелиного расплода, сбора нектара и пыльцы.
Удаление трутневого расплода деморализует семью, летная деятельность ее почти прекращается. В еще большее смятение приходит семья, если пчеловод удаляет не куски трутневого расплода, а срезает с пего крышечки, которыми он запечатан, вместе с головами куколок. Пчелы жадно набрасываются на трупы, высасывают из них гемолимфу, а остатки куколок выбрасывают из ячеек и удаляют из улья. Такие грубые вмешательства семьи переносят болезненно, озлобляются и в нормальный ритм работы включаются не сразу, а спустя довольно продолжительное время.
В более поздний период, когда семьи уже отпустят первые рои, пчеловоду приходится выламывать лишние роевые маточники, оставляя в каждом гнезде по одному лучшему, наиболее крупному и правильно отстроенному.
Немало времени уходит и на то, чтобы снять рой (огрести), особенно если он привился высоко на дереве пли в неудобном месте, посадить его в улей.
От всех этих работ пчеловод мог бы быть освобожден, если бы на пасеке не было роения. Продуктивность пчел значительно бы возросла.
Роятся не все семьи. Ройливость медоносных пчел неодинакова. Из имеющихся у нас рас самыми ройливыми считают желтых кубанских (степных) пчел, совсем недавно широко обитавших в Краснодарском и Ставропольском краях; менее ройливые — среднерусские (лесные) пчелы, населяющие районы центра, севера, северо-запада, Урала, Сибири, и малоройливые — серые высокогорные кавказские, живущие в горах и отрогах Главного Кавказского хребта, и карпатские (западная часть Украины).
Внутри каждой расы имеются популяции пчел, исторически сложившиеся под воздействием местных природно-климатических условий, а потом и улучшенных человеком (так, в частности, сложилась дальневосточная популяция пчел), в которых встречаются семьи из года в год не роящиеся.
Особенно их много у серых высокогорных и среднерусских пчел. Эти семьи обычно собирают меда значительно больше роящихся и живущих в тех же природно-медосбор-ных условиях. Идеально было бы иметь пасеку, состоящую из нероевых семей. Затраты труда на уход за ней стали бы минимальными, а результаты — наиболее высокими.
У неройливых семей ритм работ не сбивается, инстинкт размножения доминирует над всеми другими до тех пор, пока растения главного взятка не начинают обильно выделять нектар. В этом случае инстинкт размножения перестает доминировать, он как бы отступает на второй план. Направляющим становится инстинкт накопления кормов. Инстинкт роения не обостряется вообще. И все-таки эти нероевые семьи, как и все остальные, при известных обстоятельствах могут делиться — производить себе подобных.
Способность роиться — наследственная черта всех медоносных пчел. Семьи нероящиеся также строят трутневые соты, правда, в значительно меньшем количестве, заботливо выращивают трутней и даже иногда готовят мисочки для будущих роевых маток. Но для того чтобы инстинкт роения у них обострился и стал доминировать над инстинктом размножения, нужны определенные условия, а они в свое время не создались. Когда же начнется главный, особенно бурный медосбор, инстинкт роения не только у этих семей, но даже и у самых ройлйвых стирается.
Значит, на инстинкт роения можно влиять, а следовательно, в какой-то степени и управлять им, усиливать его действие, если надо получить рой, или ослабить и даже затормозить и разрушить, когда роевое состояние протекает незадолго до главного взятка или захватывает его и может оставить пасеку без меда.
Вот что обостряет инстинкт роения. Наблюдая за ростом и развитием семей, пчеловоды заметили, что почти неизбежно роятся семьи, живущие в маломерных ульях и дуплах или в ульях, сильно прогреваемых солнцем; также и в том случае, когда гнезда состарились и содержат большое количество трутневых сотов, а матки в семьях старые, трех-четырехлетние, малоплодовитые.
Инстинкт роения наиболее остро проявляется и захватывает целые пасеки в годы с мягкой теплой весной и жарким началом лета.
Нарастив большие резервы пчел в благоприятную весеннюю пору и оказавшись потом в условиях, когда в природе еще не зацвели сильные медоносы, а второстепенные продуцируют лишь небольшое количество нектара, семьи, естественно, на сбор его не отпускают все летные резервы. Основная масса пчел вынуждена находиться в ульях.
Снизившаяся летная активность пчел и духота в их гнездах, возникшая от перенаселенности и начавшейся
жары, как раз и создают самую благоприятную среду для обострения инстинкта роения. Для борьбы с роением практика в союзе с наукой выработала комплекс противорое-вых методов. Он включает в себя приемы, предупреждающие проявление инстинкта роения или подавляющие его, если он все-таки обострился. Каждый противороевой прием можно применять к семье, содержащейся в любом типе рамочного улья, хотя результативность от этого будет далеко не одинаковой.
Чтобы продержать семью возможно большее время в состоянии роста, во время которого она активно собирает мед, строит соты, выращивает расплод и тем самым не дает возможности пробудиться и обостриться инстинкту роения, надо создать такие условия, при которых все пчелы, способные к труду, были бы предельно загружены работами, особенно молодые, которые ухаживают за расп. дом и строят соты.
Обе эти работы, как никакие другие, требуют огромных затрат энергетических ресурсов. И если эта энергия пчелами будет расходоваться лишь частично, она естественно, станет накапливаться. У пчел-кормилиц, кроме того, начинает функционировать даже половая система (увеличиваются в размере яйцевые трубочки). Биологи объясняют это явление действием гормональных веществ молочка, в избытке остающегося в организме пчел. Пчелы становятся так называемыми анатомическими трутовками. Трудовая деятельность их постепенно свертывается. Предполагают, что из этих-то выключенных из работ пчел и формируется ядро будущего роя.
Чем больше семья будет продуцировать молочка и чем меньше его расходовать (в гнезде мало открытого расплода), тем раньше проявится инстинкт роения и тем большим будет ее желание роиться.
Семья нормально растет и инстинкт роения не проявляется, если в ней на одну пчелу-кормилицу приходится 2—3 молодые личинки. Когда же семья становится сильной и продолжает расти, объем работ у пчел-кормилиц соответственно уменьшается до минимального. Настанет время, когда численность пчел-кормилиц превысит количество открытого расплода в 5—10 раз. Такое несоответствие между расплодом и молодыми пчелами наступает в каждой семье медоносных пчел, но не в одно время. У семей с матками невысокой плодовитости — раньше, средней — немного позже, высокой — значительно позднее.
Каждая матка имеет предел в своей яйцекладке. У одной из-за ее наследственных свойств или условий, в которых она выращивалась, яйцекладка не превышает полутора тысяч яиц в сутки, а у другой с лучшим наследственным фоном и выращенной при особо благоприятных условиях — две —две с половиной тысячи. Встречаются матки и еще более высокой плодовитости, способные нести по три-четыре тысячи яиц в сутки. Каждая из них рано или поздно достигнет максимума в яйцекладке и начинает откладывать ежесуточно почти строго определенное количество яиц. Накопление массы молодых пчел (рост семьи) после достижения маткой максимума в яйцекладке еще долго продолжается. Это и приводит к большому перепроизводству молочка.
Чем быстрее матка достигнет своего предела в яйцекладке, тем раньше в семье появятся анатомические трутовки и создадутся благоприятные условия для проявления инстинкта роения. Скорее всего такое критическое состояние наступает в семьях с матками невысокой плодовитости. Обычно этот рубеж совпадает с периодом, когда в природе появляется постоянный, но слабый взяток. Он полностью не загружает семью работой, но вместе с тем создает в ней какую-то уверенность в том, что теперь уже не погибнет с голоду не только она сама, но и ее потомство— рой.
Семьям с матками высокой плодовитости этот рубеж менее опасен. Инстинкт роения в них может не обостриться. Слабый взяток не мешает, а способствует яйцекладке, и матка с большими потенциальными возможностями развивает все больший темп яйцекладки, соответственно загружая работой и пчел-кормилиц. Когда же матка подойдет к своему кульминационному моменту в яйцекладке, в природе наступает время более сильного взятка, а в некоторых местностях — и главного, в сбор меда включаются не только пчелы старшего возраста, но и многие молодые. Роевой инстинкт в семье так и не обострится.
Несоответствие между количеством пчел-кормилиц и молодого расплода, а следовательно, условие, способствующее обострению инстинкта роения, неизбежно и сравнительно быстро возникнет в ульях небольшого объема. Весной, пока матки откладывают мало яиц, эти ульи устраивают даже сильные семьи. Но матки, особенно плодовитые, быстро, не раскрыв до конца своих возможностей, заполняют все свободные соты расплодом раньше, чем они
достигнут в яйценоскости своего биологического потолка. Нередко в таком положении оказываются семьи и в ульях большого объема, но в гнездах которых много сотов старых, трутневых, забитых пергой, неправильно отстроенных, то есть таких, которые матка обходит и в которые не всегда кладет яйца.
Продлить рост семьи — предупредить роение. Чтобы обеспечить непрерывный рост семей и не ограничивать, а всячески стимулировать яйцекладку маток, в начале лета продолжают своевременно расширять гнезда, комплектуя их из сотов не коричневых и светло-коричневых, как поступали в период весеннего роста семей, а светлых, в которых расплод еще не выводился, и из рамок с искусственной вощиной (в этой стадии развития, наоборот, матки охотнее откладывают яйца в свежеотстроенные соты).
Кроме того, используют специальные приемы, позволяющие держать семьи в рабочем состоянии. Очень важно, чтобы пчелы и матка ни на один день не оказались бы в стесненном гнезде.
При нечастых вмешательствах в жизнь семьи, которые рекомендуются современными правилами рационального пчеловождения, не удается заметить вовремя, когда гнездо начнет сдерживать работу пчел и матки, поэтому объем его держат большим, чем требуется пчелам, с некоторым запасом на рост.
Если семья еще не успела занять 12-рамочный улей, то недостающее до комплекта количество рамок ставят ей сразу и не к крайним сотам с расплодом, как прежде, а в середину гнезда, против летка, и не с сушью, а с вощиной, и не между рамками с расплодом и кормом, а все вместе.
Постановкой рамок с вощиной против летка гнездо разрывается на две части, в каждой из которых оказывается примерно половина сотов с расплодом и кормом. Такого разрыва пчелы биологически не переносят. Они стремятся как можно скорее восстановить гнездо, застроить пустоту в нем сотами и заполнить их расплодом, соединить эти разобщенные части опять в единое целое. В строительные работы вовлекаются значительные резервы. Сюда же вскоре приходит и матка, привлекаемая свежестью сотов и энергией пчел. Пчелы еще не успеют полностью оттянуть ячейки, как она начинает откладывать в них яйца. В середине гнезда, куда из летка все время поступает свежий воздух, в кислороде которого так остро нуждается семья и расплод, создаются самые благоприятные условия для
строительства сотов и кладки яиц маткой. Во время этих неотложных работ семья как бы забывает о том, что уже наступила пора выращивать трутней, в ней снова обостряется инстинкт размножения и гаснет едва начавший пробуждаться инстинкт роения.
Тем семьям, которые к началу цветения садов занимают ульи полностью, дают магазинные надставки с 12 рамками или вторые корпуса. То и другое ставят не столько для складывания в них свежего меда, сколько для рассредоточения пчел и обеспечения дальнейшего роста семей.
Магазины укомплектовывают сотами, пригодными для расплода (с пчелиными, нераздутыми, правильно отстроенными ячейками). В середину их ставят несколько рамок с вощиной. Чередовать их с сотами, как многие рекомендуют, не следует. Это приводит к раздуванию, удлинению ячеек сотов, между которыми поставлена рамка с вощиной, и постройке в пей неполноценного сота (с укороченными ячейками). Все три сота окажутся, таким образом непригодными для выращивания расплода. Чтобы пчелы и матка скорее перешли наверх, часть рамок в магазин ставят с небольшими запасами меда.
Это правило особенно важно применять к семье средней силы. В отличие от сильной семьи средняя дольше предпочитает оставаться в расплодной части гнезда. Мед, находящийся над расплодом, становится для ее пчел и матки своеобразным барьером.
Если такой семье поставить магазин без рамок с медом, она в него сразу не пойдет и будет продолжать оставаться в гнезде, хотя оно может оказаться уже тесным. Рост семьи замедляется, обостряется инстинкт роения.
Если вместо магазинов пользуются вторыми корпусами, поступают так: из середины гнезда вынимают три рамки с расплодом, каким бы он ни оказался, и помещают во второй корпус, предварительно поставленный па плоскую крышу. Взамен вынутых опускают такое же количество рамок с вощиной. Второй корпус помещают на улей. К южной стенке верхнего корпуса ставят медо-перговую рамку, а к ней пододвигают рамки с расплодом, затем подставляют рамку с сушью и снова сот с медом и пергой. Заполненную часть корпуса отгораживают диафрагмой. Соты верхнего и открытой части нижнего корпуса накрывают двумя холстинами или одним более длинным куском холстины. В свободную часть корпуса и поверх него кладут утеплительные подушки.
Устроенные таким образом гнезда семей оставляют в покос до окончания цветения садов. За это время пчелы отстроят соты на рамках с вощиной, семьи усилятся.
Чтобы пчелы всех возрастов могли выполнять свойственные им работы, гнезда их вновь расширяют. Вощину (две рамки) ставят в верхний корпус между крайними рамками с расплодом и медом. Остальные, недостающие до комплекта, лучше помещать между сотами с расплодом. Это делают не только с противороевой целью, но и потому, что пчелы в середине расплодной части гнезда обычно строят соты без трутневых ячеек.
На ульи, на которых уже есть по одной магазинной надставке, ставят вторые магазины, укомплектованные шестью рамками суши (по три с той и другой стороны) и шестью рамками вощины (в середине). Надставки помещают вразрез между корпусом и магазином с расплодом. При таком объеме 12-рамочного улья семья до наступления главного взятка растет сравнительно нормально, но необходимо, чтобы матка имела возможность использовать соты не только верхнего корпуса (магазинов), но и нижнего.
Матка, как правило, продолжает откладывать яйца в верхней или средней части улья. Соты нижнего корпуса, освободившегося от расплода, выращенного семьей еще до постановки на ее гнездо надставок, или остаются пустыми, так как матка на них обычно не переходит работать, или забиваются пергой, особенно в местностях с обилием пылъ-ценосов. В этом достаточно большом улье гнездо может оказаться тесным, так как расплод будет занимать лишь верхнюю часть гнезда. Рост семьи начнет приостанавливаться, и в ней может обостриться инстинкт роения. Чтобы этого не случилось, прибегают к перестановке корпусов (верхний — вниз, нижний — наверх), если дно улья отъемное, или меняют местами рамки, если дно прибитое: соты преимущественно с открытыми и только что запечатанным расплодом и с печатным медом верхнего корпуса опускают в нижний, а на их место переносят соты пустые и со зрелым расплодом из нижнего. Это делают сразу же, как только будут заполнены расплодом соты верхнего корпуса. Видя в перемещении корпусов или частей гнезда большую возможность положительно влиять на рост семьи и предупреждать роение, некоторые пчеловоды, имеющие ульи с магазинами, пользуются тем же приемом, что и пчеловоды, содержащие пчел в двухкорпусных ульях.
После того как матка заполнит расплодом магазинную надставку, па улей ставят второй магазин, по используют его своеобразно: из первого магазина вынимают шесть рамок и помещают во второй, поставленный рядом с ульем, по три с той и другой стороны (по краям — медовые, внутри — рас плодные). То же делают и с оставшимися рамками в первом магазине. После этого второй магазин ставят на первый, а в среднюю, свободную, часть обоих магазинов помещают шесть гнездовых рамок (половина из них с вощиной).
Такое рассредоточение расплода и помещение в самую середину верхнего яруса рамок с вощиной вынуждают семью сосредоточить здесь не только резервы пчел-кормилиц, но и строительниц. Создаются условия, благоприятствующие работе матки.
При заполнении этих рамок расплодом оба магазина снимают, из нижнего корпуса вынимают шесть медо-пер-говых рамок, а вместо них в середину корпуса опускают гнездовые рамки с расплодом, взятые из магазинов. Магазины опять ставят на улей и заполняют гнездовыми рамками, если они пригодны под расплод (не забиты пергой), или дают другие рамки суши и вощины.
Гнездо пчел в лежаке расширяют по тому же принципу, то есть разрывают его на две части и между ними против летка помещают рамки с вощиной.
В последние годы начал входить в практику способ разового расширения гнезда. Крайние рамки с медом и пергой, находящейся у диафрагмы, отодвигают к стенке улья. Образовавшееся между ними и обнажившимся рас-плодным сотом пространство заполняют сотами (лучше маломедными) и рамками с вощиной. Важно, чтобы большая часть этих сотов оказалась против летка. Пчелы, продолжая работать через тот же леток, встретив на пути свободные от расплода соты и листы вощины, начинают благоустраивать гнездо, вскоре сюда приходит и матка.
Практикой установлено, что более сильное противорое-вое действие оказывает на семью расширение гнезда с разрывом его на две части.
В многокорпусном улье объем гнезда увеличивают не отдельными рамками, а сразу целым корпусом, который предварительно заполняют маломедными сотами (по два с той и другой стороны корпуса) и рамками с вощиной (шесть штук в середине). Сильным растущим семьям с большим количеством открытого расплода и хорошо строя-
щим соты при особо благоприятных погодно-медосборных условиях можно давать корпус, нацело заполненный рамками с искусственной вощиной. Этот корпус ставят сверху. Если в семье начал проявляться инстинкт роения (в гнезде появился трутневый расплод), третий корпус лучше поместить в середину между двумя расплодивши, предварительно поменяв их местами. В верхнем корпусе леток должен быть закрыт.
Всякий разрыв гнезда, а такой значительный в особенности, приводит нервную систему пчел в сильное перенапряжение. Отдаление одной части расплода от другой на такое расстояние и образование внутри гнезда зоны пустоты воздействуют на пчел как катастрофа, разрушая устои, на которых покоились до этого жизнь и благополучие семьи. Летная деятельность заметно ослабевает, но деятельность семьи в целом, наоборот, усиливается.
Все пчелы, способные выделять воск и строить соты, скапливаются в разрушенной части гнезда и включаются в работы по восстановлению его целостности. У семьи теперь нет более важной задачи, чем эта. У пчел обостряется строительный инстинкт. За короткий срок они застраивают разрыв свежими сотами. В эту заново созданную часть гнезда переходит и матка и здесь задерживается до тех пор, пока все соты не займет расплодом.
Постановка корпуса в середину гнезда семьи снова обостряет в ней инстинкт размножения и делает его доминирующим. Восстанавливается и усиливается лет пчел за нектаром и пыльцой, включаются в уход за расплодом все новые группы молодых пчел. Объем работ возрастает. Семью в это время можно сравнить с аккумулятором, отдающим накопленную энергию. И трудно сказать, какие пчелы, ульевые или полевые, расходуют эту энергию в большей степени.
Если постановка корпуса вразрез совпадает с периодом усиления роевого состояния, оно начинает угасать.
«В досужее время, — писал еще Н. М. Витвицкий, имея в виду почти прекратившую работать роевую семью, — полезнее поместить пустой улеек (так он называл каждый
корпус. — Прим. авт.) между двумя, наполненными медом и зародышем, в коих пчелы приготовились к роению; они забудут о пушении роя, но примутся всеми силами за наполнение пустого улейка, помещенного между наполненными,— такова природа этого насекомого».
Способ разрыва гнезда в расплодной части не только усиливает жизнедеятельность семьи и работу матки в частности, но и одновременно устраняет другие факторы, которые до этого могли положительно влиять на проявление инстинкта роения — духоту в улье и чрезмерную скученность пчел на сотах. После того как семья восстановит целостность своего гнезда, духота и скученность устраняются, пчелы рассредоточиваются по всем трем корпусам.
Разрыв расплодного гнезда на две части — сильнейший противороевой прием. Наибольший эффект он дает при содержании пчел в многокорпусных ульях. По сравнению с 12-рамочным ульем и лежаком площадь разрыва гнезда в многокорпусном улье намного больше. Если при помещении в лежак трех-четырех рамок значительное количество пчел левой или правой части гнезда может выходить из улья и входить в него, минуя зону разрыва, и нормально продолжать работать, то в многокорпусном улье эта зона пустоты образуется в таком месте, которое не может обойти ни одна пчела.
Пчелы, находящиеся в верху вертикального гнезда, не могут выйти из улья, минуя этот незастроенный участок. Летные пчелы нижнего корпуса вынуждены также проходить через эту зону неблагополучия, так как они стремятся принесенный в улей свежий мед сложить вверху (эта биологическая особенность характерна для пчел большинства рас). Кверху стараются уйти и пчелы, выплаживаю-щиеся из нижних сотов. Таким образом, зона разрыва служит местом постоянной встречи пчел разных возрастов.
Корпус с вощиной разъединяет гнездо семьи как бы на два самостоятельных гнезда. Семья с одной маткой не может жить в двух гнездах, поэтому и стремится как можно быстрее соединить эти разобщенные части в одно целое.
Пока семья застраивает середину гнезда, деятельность ее сосредоточивается здесь. Пчелы, выполняющие другие функции (половые), всякий раз, проходя через зону этих авральных работ, ни на минуту не стихающих ни днем, ни ночью, как бы получают от них дополнительный заряд энергии. Итак, увеличение объема гнезда добавлением новых сотов, особенно в середину, заметно активизирует дея-
тельность семьи и продлевает период ее роста, то есть дает возможность в какой-то степени управлять инстинктами пчел, и главным образом роевым.
Рост семей задерживает гнилец. Иногда рост семьи вдруг приостанавливается, но не потому, что в ней проявился инстинкт роения, а по другим причинам.
Если в улье меда и перги достаточно, матка плодовитая и молодая, но семья развивается плохо, тогда причиной этого может быть болезнь. Чаще всего семьи заболевают европейским или американским гнильцом — остро заразными болезнями. При заболевании европейским гнильцом поражается преимущественно открытый расплод, при американском — печатный.
Чтобы определить, каким гнильцом заболела семья, гнездо разбирают и осматривают каждый сот с расплодом. Иногда пчеловод может видеть такую картину: расплод на соте разновозрастный — из одних ячеек выходят молодые пчелы, в других тут же, почти рядом расплод еще не запечатанный и личинки самого разного возраста. Лежат личинки во всевозможных положениях — одни штопорооб-разно, другие вытянувшись вдоль ячеек, третьи сгорбившись спинкой кверху или книзу, цвет личинок бледно-желтоватый, некоторые из них оплывшие, потерявшие упругость, на этом же соте встречаются только что вылупившиеся из яиц личинки, яйца и рядом с ними пустые ячейки. Такой разновозрастный (пестрый) расплод в сочетании с пустыми ячейками — верный признак заболевания семьи европейским гнильцом. В сотах с печатным расплодом также встречается много пустых ячеек, отчего они кажутся изрешеченными.
При европейском гнильце расплод гибнет не весь. Погибших и начинавших разлагаться личинок пчелы систематически выбрасывают из гнезда, а на их место матка откладывает яйца. Это и приводит к значительной возрастной разнице расплода на одном и том же соте и его изре-шеченности.
Если болезнь вовремя не была замечена и зашла вглубь, гибнет не только открытый, но и запечатанный расплод. Крышечки над погибшими личинками заметно темнее тех, под которыми личинки развиваются нормально, и форма у них не ровная, с чуть заметной выпуклостью, а, наоборот, вогнутая, втянутая. Если ячейку вскрыть, в ней окажется уже разложившаяся личинка. Цвет ее темно-коричневый, запах протухшего мяса.
Здоровый расплод совсем иной. Как правило, на каждом соте он почти одновозрастный. Лишь в середине, откуда матка обычно начинает яйцекладку, личинки бывают на несколько часов старше находящихся по краям.
Положение их в ячейках всегда одинаковое — все они лежат боком, цвет их ярко-перламутровый, блестящий.
Печатать здоровый расплод пчелы начинают с середины сота. Пустых ячеек в нем не бывает. Такой сплошной концентрированный расплод говорит о полном благополучии семьи.
Картина сота с расплодом, пораженным американским гнильцом, не похожа на сот с расплодом, больным европейским гнильцом. Открытый расплод внешне ничем не отличается от здорового. Болезнь развивается и приводит к гибели личинок после того, как пчелы запечатают их. С течением времени мертвые личинки начинают разлагаться, крышечки над ними темнеют, прогибаются, а потом и продырявливаются (личинка, прилипшая своей ротовой полостью к крышечке, подсыхая и скрючиваясь, отрывает часть крышечки).
Цвет погибшей личинки темно-бурый, масса клейкая, с неприятным запахом столярного клея. Она прочно прилипает к стенкам ячеек, удалить ее пчелы не в силах.
Семьи, заболевшие гнильцом, особенно американским, самоизлечиться не могут, рост их замедляется, а потом и прекращается. Если им вовремя не оказать помощь, они погибнут. Для уточнения диагноза болезни из сотов с пораженным расплодом вырезают небольшие кусочки, упаковывают и отправляют для исследования в районную ветбаклабораторию.
Лечат пчел антибиотиками или сульфамидными препаратами. Из антибиотиков дают пенициллин (900 тысяч единиц на литр сахарного сиропа), стрептомицин (500 тысяч единиц), окситетрациклин (300 тысяч единиц), эритромицин (200 тысяч единиц) и другие; из сульфамидов, как правило, применяют норсульфазол-натрий, сульфан-трол или сульцимид натрия по 1—2 грамма на литр сиропа, в зависимости от степени пораженности.
Антибиотики растворяют сначала в холодной или чуть теплой воде, наливая ее в пузырьки с препаратами, после чего смешивают с сахарным сиропом, остуженным до температуры парного молока, а сульфамиды не опасно растворять и в горячей воде. Готовят сироп ближе к вечеру и сразу для всех больных семей.
Лечебный сироп скармливают пчелам на ночь из расчета 100—150 граммов на улочку пчел в трехкратной пов-торности с интервалами в 5 дней. Наилучшие результаты дает лечение семей не одним препаратом, а разными, чередующимися между собой антибиотиками или антибиотиками с сульфамидами.
Гнезда семей, пораженных гнильцом, содержат огромное количество возбудителей болезней. Их особенно много в сотах. Есть они в перге и меде, на стенках, потолке и дне улья. Поэтому, прежде чем приступить к скармливанию пчелам лечебного сиропа, правила санитарии рекомендуют гнезда сильно пораженных семей максимально освободить от заразного начала: соты с больным расплодом изъять, рамки с кормом по возможности заменить свежими или хорошо обсыпать их сахарной пудрой, смешанной с лечебными препаратами, улей, вставные доски и утеплительные маты заменить на чистые.
Семьи, пораженные американским гнильцом, перед лечением перегоняют в новые или продезинфицированные ульи на рамки с искусственной вощиной. Все гнездо больной семьи уничтожают: мед вырезают и используют в пишу или для приготовления напитка (человеку он безвреден) , соты с расплодом, пергой и пустые перетапливают на воск. Массу разваривают в течение 21 /2 часов.
Семью перегоняют так: к концу дня, когда прекратится лет пчел, улей относят в сторону, на его место ставят новый. К нему подставляют сходни, накрывают их газетной бумагой, на них осторожно стряхивают или сметают пчел, стараясь не уронить ни одной капли меда на землю. Матку отыскивают и уничтожают, взамен дают новую (старую матку оставлять нельзя, так как, испражняясь в гнезде, она постоянно будет инфицировать его).
Через 1—2 дня, когда семья уже частично отстроит гнездо, ее начинают лечить.
Если семья поражена американским гнильцом в тяжелой форме и сильно ослабла, лечить ее нецелесообразно, лучше уничтожить.
Прежде чем приступить к работе в следующем улье, инвентарь, оборудование, одежду, которые соприкасались с больной семьей, дезинфицируют, руки тщательно моют с мылом (лучше зеленым). Землю под ульем обильно пересыпают хлорной известью и перекапывают.
Роения можно не допустить. Отдельные наиболее рой-ливые семьи иногда, не достигнув максимальной силы,
входят в роевое состояние и не поддаются воздействию обычных приемов, предупреждающих появление и обострение инстинкта роения. В этом случае используют проти-вороевые приемы более сильного воздействия, которые подавляют роевой инстинкт и одновременно возвращают семье рабочее состояние. Их несколько.
Семью лишают печатного расплода. В гнезде пчел, подготовившихся к роению, подавляющее большинство сотов бывает занято расплодом, преимущественно печатным и уже зрелым. Открытого расплода у них бывает очень мало, на одной-двух рамках, и то в небольшом количестве. Печатный расплод — генератор тепла — самостоятельно создает в гнезде температуру до 36 градусов Цельсия. Кроме того, из него постоянно выводится большое количество молоди, которая пополняет армию пчел, прекративших всякую деятельность и готовящихся покинуть материнское гнездо с роем.
Изъять из гнезда все рамки с печатным расплодом — значит, устранить источник духоты в улье и приостановить увеличение числа молодых пчел, которые из-за недостатка открытого расплода не могут стать кормилицами. Выламывают и все роевые маточники.
Рамки с печатным расплодом, изъятые из гнезда, используют для усиления отводков или организации новых, временных. Размещают их возле своих же материнских семей. В середину гнезда взамен вынутых из него рамок помещают такое же количество рамок с вощиной, если в природе есть взяток, хотя бы небольшой, поддерживающий. Рамки с открытым расплодом отодвигают к той и другой стороне гнезда.
Известно, что роевая семья может отпустить рой в том случае, если ко дню его выхода в гнезде будет все необходимое для жизни и размножения оставшегося потомства.
С отбором печатного расплода и уничтожением маточников семья ставится в такое положение, при котором ей бывает уже не до роения. Хочешь, не хочешь — приходится мобилизовывать все свои резервы на восстановление гнезда и пополнение запасов меда и перги, которые сильно уменьшились’ в связи с отбором рамок со зрелым расплодом.
Противороевой эффект этого приема усиливается, если его применять в сочетании со стряхиванием всех пчел перед летком улья на сходни. Это стряхивание ошеломляет пчел. По существу уже сформировавшийся рой, спокойно
ожидавший сигнала к выходу, вдруг оказывается разбитым, перемешанным с другими группами пчел и к тому же вне своего гнезда.
После стряхивания одни пчелы протискиваются к летку и даже забивают его, сдерживая желание других войти в жилище, многие поднимаются в воздух, со всех сторон осматривая улей и отлетая от него, часть останавливается и усиленно машет крыльями, как бы ожидая очереди и впрашиваясь. У пчел словно создается впечатление входа в новое жилище, которое они отыскали после роения.
Войдя в него, пчелы оказываются в неуютном необжитом и неустроенном гнезде, совсем непохожем на то, в котором они только что жили.
Семья, которая до этой операции составляла единое целое и под воздействием могучего роевого инстинкта собиралась отделить от себя новую семью, пришла в замешательство и рассыпалась на части. Нервная система пчел перевозбуждается и в норму приходит лишь после того, как они вновь почувствуют присутствие матки и включатся в работу по восстановлению гнезда. Инстинкт роения разрушается. Семья становится работоспособной.
Если семья вошла в роевое состояние, когда взяток в природе почти отсутствовал (пчелы вносили столько меда, сколько его расходовали на себя, или чуть больше), во время которого строительство сотов нередко приостанавливается даже в семьях нероевых, вместо искусственной вощины лучше дать возможно больше рамок с открытым расплодом. Берут его у отводков или у растущих семей средней силы.
Роевая семья, большая часть гнезда которой будет заполнена открытым расплодом, невольно переключается на его воспитание и из пассивного состояния переходит в активное. Около матки вновь создается свита, лётная деятельность пчел усиливается.
Так как семья, готовясь к роению, последние 10— 12 дней все меньше и меньше выращивает расплода, она в ходе главного взятка может ослабнуть и вторую половину его использует лишь частично. Чтобы семья работала в полную силу на протяжении всего главного медосбора, перед его началом, если взяток бурный и сильный, или в начале, если он продолжительный, к ней присоединяют ее же временный отводок. Помещают его сверху или сбоку гнезда, в зависимости от конструкции улья; старую матку не отыскивают.
Эти приемы легко применимы к 12-рамочному улью и лежаку. При содержании пчел в многокорпусном улье вощину взамен рамок с печатным расплодом ставят в средний корпус, а если вместо вощины дают открытый расплод, то его сосредоточивают в нижнем.
Матку отделяют от расплода. Замечено, что желание пчел роиться гаснет, если всю рас плодную часть гнезда отделить от матки и преградить ей доступ к нему. Этот прием разработан применительно к многокорпусному улью.
Улей с роевой семьей отставляют в сторону на полметра. На его подставку помещают запасное дно с корпусом и заполняют его вощиной и сотами. По краям ставят по одной медо-перговой рамке, в середину рамку с сушью для работы матки, пока пчелы будут отстраивать гнездо. Поверх корпуса кладут разделительную решетку, на нее ставят второй запасной корпус. В него переносят рамки из верхнего корпуса отставленного улья, предварительно стряхнув с них пчел на сходни, поставленные перед летком нового улья. Освободившийся из-под рамок корпус ставят третьим. Так поступают со всеми рамками переселяемой семьи. В итоге объем улья увеличится на один корпус, гнездо переустраивается и становится противоестественным: корпус с медом, бывший до этого вверху, оказывается вторым снизу (над решеткой), два бывших нижних рас-плодных корпуса — вверху.
Большая часть пчел поднимается вверх, к расплоду, но много их остается и в нижнем корпусе, около матки, которая не может уйти из него через решетку. С таким гнездом семья мириться не может.
По природе своей пчелы большинства рас складывают мед над расплодом, а в этом случае он оказывается под ним. Матка, как правило, работает на сотах вверху или в середине гнезда — в наиболее теплой и обжитой части, а тут она вынуждена ютиться внизу и к тому же в еще неблагоустроенном месте жилища. Все это и ставит роевую семью в такие условия, которые она не может принять, и поэтому сразу всеми своими резервами включается в переустройство гнезда: для матки внизу отстраивают новые соты на вощине, а мед из корпуса над решеткой, который так отдалил расплод от матки, пчелы перетаскивают вверх, где он и должен быть. Они делают это еще и для того, чтобы среднюю часть подготовить под расплод и тем самым восстановить монолитность гнезда. Но пока матка
будет изолирована внизу, этот разрыв так и остается не-устраненным и поэтому долго держит семью в напряжении, пока не выплодятся пчелы в верхних корпусах.
Отделение расплода от матки рассредоточивает пчел по улью, загружает их строительством сотов и работами по приданию гнезду естественного вида — все это гасит инстинкт роения. Противороевое действие этого метода усиливается еще и тем, что под гнездом и непосредственно у летка создается пустота, которую пчелы, готовящиеся к роению, не переносят.
В отдаленной от матки части гнезда у пчел часто возникает желание обособиться в самостоятельную семью. Оно еще более обострится, если в этой части улья открыт леток, а на сотах есть засев или молодые личинки, на которых пчелы могут заложить маточники. Чтобы такое стремление к обособлению не возникло и не привело к делению на две самостоятельные семьи внутри одного жилища, летки в этом улье, кроме нижнего, держат закрытыми. Если пчелы все-таки заложат маточники, их, как только они будут запечатаны, выламывают.
Следует отметить, что в многокорпусном улье появление свищевых маточников вверху не нарушает ритм работы семьи в целом, так как большая часть пчел, проходя в нижний леток, постоянно ощущает присутствие матки, откладывающей яйца в нижнем корпусе.
Если матка в семье старая или имеет плохую наследственность и подлежит замене, а главный взяток наступает через \1/2—2 недели, взамен выломанных свищевых маточников дают один зрелый маточник хорошего качества из племенной семьи. Одновременно открывают леток во втором корпусе сверху. Через него молодая матка выходит на спаривание.
Маточник лучше прививать еще до того, как свищевые будут запечатаны. В этом случае выламывать маточники не обязательно. Племенная матка выйдет первой и сама уничтожит всех маток в свищевых маточниках. К началу взятка эта матка достигнет половой зрелости, спарится с трутнями и приступит к яйцекладке. В первые дни медосбора разделительную решетку удаляют, молодая матка встречается со старой и убивает ее. Семья снова становится единой, монолитной при одной молодой матке.
Противороевой прием с отделением расплода от матки можно применять и в лежаке. Матку с несколькими рамками вощины отгораживают разделительной решеткой в
одной стороне улья, а у противоположной сосредоточивают рамки с расплодом и кормом. Пчелы семьи по-прежнему будут входить в гнездо и выходить из него через старый леток. Хотя этот прием и позволяет предупредить выход роя и возвратить семье рабочее состояние, пчелы в рас-плодном отделении трудятся с меньшей энергией, чем пчелы, находящиеся около матки. Объясняется это тем, что горизонтальное деление семьи мешает значительной части пчел постоянно общаться с маткой, и они перестают чувствовать ее присутствие.
Роевую семью лишают летных пчел. В практическом пчеловодстве у пас и за рубежом широкое распространение получил метод, при котором для подавления роевого состояния семьи отбирают от нее всех летных пчел. Пока лет пчел в семье, готовившейся к роению, существенно не снизился, ее улей отставляют на несколько метров в сторону. На его место ставят новый.
Если роевая семья находится в 12-рамочном улье, то в новый улей помещают в середину, против летка, 4—5 рамок с вощиной, по ту и другую сторону их— по два сота с наиболее зрелым расплодом, взятым из старого гнезда. Остальные соты (до полного комплекта) медо-перговые. Между сотами с расплодом прививают зрелый маточник. Рамки накрывают потолком и утеплительной подушкой, леток сокращают. В течение дня все летные пчелы из отставленного улья и часть тех, из которых формируется рой, возвратятся на свое прежнее место и образуют новую семью. Если слет идет недостаточно энергично, гнездо материнской (роевой) семьи открывают и с крайних рамок стряхивают пчел на сходни, поставленные перед летком этого же улья. Обычно в семье, готовящейся к роению, на этих рамках скапливаются пчелы будущего роя. Не опасно, если вместе с ними будет стряхнута и матка. Она сейчас же войдет в улей, а большинство пчел поднимется в воздух и слетит на прежнее место, но в новое жилище.
Чтобы слет стряхнутых пчел был максимальным, полезно их хорошо окурить дымом.
После слета стремление семьи к роению угасает — она лишается пчел, из которых мог бы со временем сформироваться рой. Оберегать маточники становится некому, матка их разгрызает. Чтобы пчелы-кормилицы могли нормально вести уход за молодым расплодом, им требуется вода. Ее (1—1,5 стакана) лучше всего налить в один из крайних сотов.
Еще до того как в этой роевой семье восстановится нормальная деятельность, улей ее подносят к тому месту, где она находилась раньше, и ставят рядом с семьей, образовавшейся из слетевших пчел летком в прежнем направлении. Это делают для того, чтобы потом удобнее было объединить обе семьи в одну.
Работоспособность материнской, семьи восстанавливается спустя 3—5 дней после того, как повзрослеют оставшиеся молодые пчелы.
Слетевшие в новый улей пчелы, оказавшиеся в неблагоустроенном гнезде, охотно принимают маточник и постепенно включаются в строительные работы.
После того как молодая матка спарится и начнет откладывать яйца (это нередко совпадает с началом главного взятка или накануне его), материнскую и молодую семьи объединяют. Такую семью не без основания называют медовиком. Если старая матка представляет ценность, ее находят и сберегают в нуклеусе, если же нет — оставляют в улье, ее уничтожат пчелы или молодая матка.
В семьу-медовике, оставшейся с молодой маткой, инстинкт роения уже не проявится. Семьи с сеголетними матками, как правило, не роятся, даже если роению и будут благоприятствовать погодно-медосборные условия.
Если роевое состояние возникнет задолго до главного взятка (за 30—35 дней), его гасят тем же методом, но вместо маточника новой семье дают матку (лучше плодную, выписанную из пчелопитомника или взятую из нуклеуса своей же пасеки).
Как материнская, так и молодая семья весь этот период будет находиться в состоянии роста. Они успевают дополнительно воспитать большое количество пчел и расплода, и каждая из них сможет самостоятельно участвовать в медосборе. Если же их перед главным взятком объединить, то образуется еще более мощная семья-медовик, и она соберет меда намного больше любой нероевой семьи, развивавшейся с одной маткой.
Сущность метода отбора всех летных пчел с частью зрелого расплода остается той же и при его применении к многокорпусному улью. Своеобразен он лишь в технике формирования гнезд материнской и молодой семей и отборе летных пчел.
Для новой семьи комплектуют гнездо в двух корпусах: в нижнем размещают рамки с вощиной (по краям по одному медо-перговому соту), в верхнем — с печатным распло-
дом (на выходе) и кормом (без пчел и маточников). В середине расплодной части укрепляют зрелый маточник этой же семьи, если она высокопродуктивна, или дают маточник из племенной семьи. Корпуса накрывают потолком. Улей с роевой семьей отставляют в сторону, на его место помещают подготовленные для семьи корпуса. Улей материнской семьи размыкают на части, тщательно осматривают каждую рамку, выламывают все маточники. Корпуса (без дна) с расплодом и кормом помещают на потолок нового улья в той же последовательности, в какой они находились прежде. Леток открывают в первом корпусе от потолка, разделяющего семьи. Через него летные пчелы сойдут в нижнюю часть улья и образуют новую семью. Обе семьи до начала главного взятка живут под одной крышей, а потом их объединяют.
Семьи обмениваются пчелами. В практике нередко гасят роевое состояние путем обмена летных пчел роевой семьи на летных нероевой или покончившей с роением. Этот метод применяют к семьям, в которых обострился инстинкт роения, но летная деятельность пчел еще резко не снизилась.
Ранним утром, когда лет пчел бывает более интенсивным, чем в дневные жаркие часы, ульи с роевой и нероевой семьями меняют местами. Нероевые пчелы, попав в гнездо семьи, в которой формируется рой и деятельность которой вот-вот будет подавлена инстинктом роения, продолжают по-прежнему трудиться. Вместе с полевыми пчелами сюда прилетят и пчелы-разведчицы. Как и в своем бывшем гнезде, они с тем же азартом начинают танцевать, показывая движениями тела, что нашли источники взятка. Причем своим танцем они указывают не только направление взятка, но даже и расстояние до него. На эти танцы семья, естественно, реагирует. И чем больше будет танцующих пчел на сотах, тем скорее произойдет мобилизация всех резервов на медосбор.
Переключению семьи из роевого состояния в активное сильно содействуют и пчелы, прилетевшие сюда из нероевой семьи. Своей кипучей энергией и вносимым свежим медом они невольно увлекают пчел, которые, готовясь уйти с роем, никаких работ уже не выполняли. За какой-нибудь неполный день роевой семье возвращается рабочее состояние.
Точно так же включаются в трудовую жизнь и пчелы, слетевшие в улей с нероевой семьей. В ее гнезде работ не
уменьшилось, хотя она и осталась без своих летных резервов. В нем много открытого расплода, свежего напрыска и, может быть, даже сотов с медом, который надо запечатать. Попав в атмосферу деятельных ульевых пчел нероевой семьи, роевые пчелы невольно заражаются трудовым энтузиазмом. Кроме того, эта семья продолжает жить инстинктом размножения и в ней обострен инстинкт накопления кормов.
Обмен пчелами не только позволяет сохранить силу обеих семей, но и очень быстро делает роевую семью не-роевой.
На положении роя. Если семья с большим периодом роста вдруг перед главным взятком или в самом начале его войдет в роевое состояние, рабочую энергию ей возвращают, лишив ее гнезда и корма, то есть семью переводят на положение естественного роя.
Поступают так: улей с роевой семьей отставляют на полметра в сторону. На его место помещают новый. В него по краям ставят рамки с сушью (без меда), а в середину — с вощиной (не менее четырех-пяти). Общее количество рамок должно быть не менее того, какое было прежде. Всех пчел и матку стряхивают на сходни перед новым ульем. Рамки возвращают обратно. С сота, на котором будет лучший маточник, пчел не стряхивают, а осторожно сметают. Так как семьи с длительным периодом роста обычно очень ценные, их роевые маточники желательно использовать.
Улей с роевыми пчелами накрывают потолком (утепление класть не следует), надевают на него крышу, а улей с бывшим гнездом и маточником помещают на место какой-нибудь сильной нероевой семьи. Ее, в свою очередь, ставят рядом с ульем, в который только что перегнали пчел.
После перемещения ульев начнется слет пчел нероевой семьи на свое место, но в чужое гнездо. Оказавшись в нем без пчел-кормилиц и матки, летная деятельность их на некоторое время нарушается. И хотя в гнезде есть роевой маточник, семья начнет проявлять признаки осиротения. Она заложит свищевые маточники. На следующий день лет пчел восстанавливается, но будет еще слабым, так как часть их вынуждена переключиться на уход за расплодом. Спустя 3—4 дня, когда выплодится значительное количество расплода, функции кормилиц начнут выполнять молодые пчелы, а бывшие летные, поневоле ставшие кормилицами, высвободятся на свою прежнюю работу. Лет с каждым днем усиливается, и семья начинает работать на
медосборе так же, как она трудилась в своем прежнем улье. Свищевые маточники выламывать не обязательно. Их разгрызет матка, вышедшая из роевого маточника.
В роевой семье, оставшейся без капли корма (на совершенно пустых сотах и голых листах вощины) и расплода, инстинкт роения быстро угасает и одновременно обостряется инстинкт самосохранения. Перед ней, как и перед естественным роем, возникает целый ряд неотложных работ: добыть корм, чтобы не погибнуть с голоду, отстроить гнездо, приступить к выращиванию потомства. Этим и начинает жить семья с первых же минут.
Если характер взятка короткий и бурный (с липы) и нет возможности перевести пчел на последующий (с гречихи), то нероевую семью вместе с гнездом присоединяют к роевой после того, как она включится в медосбор. Матку целесообразно оставить из нероевой семьи, как лучшую по наследственным задаткам, если она еще молодая. После объединения сила семьи резко возрастет, летные резервы удвоятся и с каждым днем будут увеличиваться за счет включения в медосбор новых молодых пчел и уменьшения работ по уходу за расплодом (в семье осталась одна матка). Сила семьи будет продолжать расти и дальше в результате выплода новых поколений пчел.
Если же взяток сильный и продолжительный и тем более не один (за липовым следует гречишный, а за ним подсолнечниковый), то первый взяток бывшие роевая и нероевая семьи используют порознь, а перед началом второго их объединяют. За время первого взятка та и другая семьи ослабевают (теряют значительную часть летных пчел, а оставшиеся физически ослабеют), поэтому очередной взяток эти семьи в полной мере использовать не смогут. Объединенная же семья вновь приобретает большие резервы.
При объединении семей, содержавшихся в 12-рамочных ульях, на них ставят вторые корпуса или несколько магазинов. При содержании пчел в многокорпусных ульях надставки с расплодом ставят вниз, а поверх них — с кормом и сушью под мед.
Метод этот, несмотря на трудоемкость, позволяет не только за очень короткий срок погасить в семье роевое состояние, но и получить потом от нее меда по крайней мере в два раза больше любой другой семьи.
Сложнее этот метод применить в ульях-лежаках. В них часто не хватает места для помещения рамок присоединяемой семьи. Часть медовых рамок приходится удалить, а
чтобы пчелы имели место для меда — ставят магазинные надставки.
Рой работает отлично. Среди пчеловодов-любителей немало сторонников так называемой роевой свободы. Действительно, естественное роение дает возможность получить новые семьи, отличающиеся с первых дней рождения необыкновенно высокой энергией работы во всех сферах деятельности — в строительстве сотов, сборе нектара, выращивании расплода. Роение, кроме того, в высшей степени интересное явление, которое приносит пчеловоду-любите-телю истинное наслаждение и доставляет немало радостных минут.
Если рои выходят в ранние сроки, за 35—40 дней до главного взятка, они успевают отстроить гнезда, вырастить много расплода, существенно омолодиться и усилиться.
Материнские семьи за это же время восстановят свою прежнюю силу в результате выхода пчел из расплода, оставшегося после роения, а с началом яйцекладки молодых маток — и работоспособность. С течением времени они даже начнут усиливаться пчелами, развившимися из расплода молодых маток. В итоге роевые семьи успевают не только запастись кормом, но и собрать мед впрок.
Наиболее высокой продуктивностью обладают рои, вышедшие непосредственно перед взятком или в самом начале его. Они бывают значительно сильнее ранних, так как период роста их материнских семей был продолжительнее. Кроме того, летние рои непосредственно сами работают на медосборе с присущей им энергией, а у ранних мед собирают не роевые пчелы, а выращенные ими новые поколения. Хотя более поздние рои и собирают много меда самостоятельно, их пчеловоды нередко объединяют по 2—3 в одну семью. Часто такие мощные семьи образуются естественно, во время акта роения. На первый вышедший рой прививается второй, иногда даже третий. Такие случаи чаще всего бывают при задержке выхода роев из-за плохой погоды. Их обычно называют свалочными. Разъединить свалочные рои практически невозможно, да и неразумно. Их поэтому помещают в один улей большого объема. Сильные семьи, созданные из естественных роев, за их высокую продуктивность принято называть медовиками. Материнские семьи, отпустившие рои незадолго до главного медосбора, не успевают отмобилизовать свои резервы нередко в начале взятка продолжают пребывать в роевом состоянии, теряя медосбор. И все же некоторые
пчеловоды, на пасеках которых роение совпадает со взят ком, не отказываются от роевой системы пчеловождения так как каждый рой, особенно объединенный, работа; практически за двоих— за себя и свою материнскую семь
Когда роение протекает в какие-то средние сроки, в; пример за 2—3 недели до главного медосбора, рои успев’ ют отстроить себе гнезда, завести много расплода, но меда собирают мало, так как во время главного взятка значительная часть пчел отвлекается на уход за расплодом, расходуя одновременно на него большое количество свежего корма.
Материнские семьи к взятку успевают покончить роевым состоянием, молодые матки в них спарятся и приступят к яйцекладке, они начинают работать с энергией присущей рою, но по сравнению с нероевыми семьями оказываются слабее и, естественно, менее продуктивными.
Если взяток короткий и бурный, рои, которые самостоят тельно не смогут дать товарного меда, в начале медосбора лучше присоединить к материнским семьям, но только к тем, которые к этому сроку покончили с роением и переключились на взяток. За 8—9 дней до медосбора в роя? уничтожают маток, чтобы к началу взятка значительно сократить работу по уходу за расплодом и переключить всех пчел на сбор меда. При соединении роя с семьей свищевые маточники, которые он заложит после отбора матки, тоже уничтожают.
В материнской семье к этому времени открытого расплода может не оказаться или его будет очень мало, так как молодая роевая матка едва успевает созреть, спариться и приступить к яйцекладке. Объединенная семья складывается в основном из пчел, способных собирать мед. Такие семьи практически также становятся медовиками
С ветки в роевню. Как только рой привьется к ветве или к привою, его огребают. Если он сел на ветку дерева высоко от земли, к нему подбираются по лестнице. Под него подставляют открытую роевню и стряхивают в нее пчел слегка ударяя рукой по ветке.
Пчелам, не попавшим в роевню при стряхивании, да возможность войти самим. Для этой цели роевню подвешивают поблизости от места привоя роя, оставив в ней большой проход под крышкой.
Если рой привился на толстом суку или заборе стряхнуть его трудно, пчел огребают деревянным черпаком и осторожно высыпают в роевню. Оставшихся пчелы
поднимают в воздух и дают им возможность влететь в роевню.
После того как рой соберется, роевню закрывают и уносят в темное холодное помещение (подвал, погреб, зимое ник) и держат там до конца дня. Рой остывает и быстро успокаивается, его почти не слышно. Если он сильно шумит и пчелы сидят не компактно, а по всей роевне и многие из них бегают, как бы стараясь через ячейки сетки выбраться наружу, — в нем нет матки. Им усиливают семью, покончившую с роением и включившуюся в медосбор или ©достаточно выросшую и нуждающуюся в летных резервах.
Если темного и холодного помещения нет, рои подвеивают где-либо в тени, на сквозняке.
Сажают рои в ульи, как правило, в конце дня, на заходе солнца, когда лет пчел на пасеке в основном закончился. Ульи должны быть хорошо вымытыми и не иметь посторонних запахов, иначе пчелы могут слететь. Улей для роя ставят в любом месте пасеки и помещают в него рамки со светлой и светло-коричневой сушью, без трутневых ячеек, рамки с вощиной и одну рамку с кормом. На килограмм веса пчел обычно дают по три-четыре рамки Дадана — Блатта или по пять-шесть рамок многокорпусного улья.
При посадке роя пчел из роевни берут деревянным черпаком и высыпают на сходни, сначала поближе к летку, а потом, как только они начнут входить в улей, поодаль. Так поступают для того, чтобы создать им иллюзию естественного входа в жилище, и одновременно ради любопытства: интересно понаблюдать за маткой, пока она идет по
сходням.
После того как большая часть роя войдет в улей, оставшихся в роевне пчел стряхивают на сходни. Можно посадить рой, вытряхнув пчел из роевни непосредственно в улей на рамки. Как только они уйдут в приготовленное им гнездо, на рамки кладут потолок, утеплительную подушку, улей накрывают крышей. На следующее день рой облетится и сразу же включится в постройку гнезда и сбор меда. Дальнейший уход за роем сводится к увеличению объема гнезда.
Семьи на племя формируют из высокопродуктивных семей. Семьи (на племя) лучше всего формировать в период, когда материнские, родоначальные, достигают биологической зрелости и когда природа пробудит и
обострит у них естественное желание отделить новую семью (рой).
Если семья зиму перенесла благополучно и весенний рост ее ничто не сдерживало, она своей биологической зрелости, то есть способности делиться, достигнет задолго до главного взятка, во время которого и материнская семья и молодая народившаяся (рой) создадут запасы корма, гарантируя себе дальнейшее существование. Если бы природа допустила обратное, то есть роение наступало бы после медосбора, она сделала бы непоправимую ошибку: все молодые семьи неизбежно погибали бы от голода, лишенные возможности заготовить корма из-за отсутствия их в природе. Существование вида медоносных пчел было бы поставлено под угрозу.
Работая многие тысячелетия над совершенствовании рас и популяций медоносных пчел, природа отбирала, выбраковывала и в конце концов отселекционировала такие их формы, которые оказались способными наращивать большую массу пчел и расплода за сравнительно короткий срок после зимовки и производить потомство задолго до зацветания главных медоносов.
Опираясь на этот закон естественного развития, человек научился формировать новые семьи искусственно и в такие сроки, в которые каждая новая семья успевает не только построить себе гнездо и вырасти, но и создать для себя значительные запасы корма.
Есть несколько способов искусственного формирования семей.
Отводок из пчел ирасплода одной семьи. Как только семья придет в силу и в ней начнут проявлять -ся признаки подготовки к роению, приступают к формированию новой семьи. Ее создают из молодых, еще не обле-тевшихся пчел и зрелого расплода. Поступают так.
Утром, когда большая часть летных пчел уйдет в поле и в улье останутся преимущественно молодые, от семьи берут часть гнезда с расплодом (на выходе), пчелами и кормом (мед, перга) и помещают в новый улей.
Туда же стряхивают пчел еще с двух-трех рамок, в которых имеется открытый расплод (на них больше молодых, нелетных пчел), дают матку или прививают зрелый маточник, гнездо ограждают вставными досками и хорошо утепляют с боков и сверху. Такую искусственно созданную семью принято называть индивидуальным отводком.
Так как вместе с молодыми пчелами в отводок попадает и немало старых, они вскоре вернутся в свое прежнее гнездо, а в отводке останутся преимущественно молодые. Они, естественно, в течение первых 3—5 дней не смогут принести себе воды, необходимой им для жизни. Им поэтому еще при формировании гнезда наливают в сот воду около стакана) или жидкого корма (на 1 часть сахара 1 части воды).
Отводок до появления в нем летных пчел плохо охраняет свое гнездо. Лоток в его улье поэтому ограничивают ;о прохода одной-двух пчел. Лучше пользоваться верхним летком. Его даже нелетным пчелам охранять легче.
В отводки после слета старых пчел дают зрелые маточники или неплодных маток, а нередко и плодных, получаемых из пчслопитомников, или запасных, перезимовавших а своей же пасеке. Неплодных маток и маточники обычно дают небольшим отводкам — из трех-четырех рамок. Большая сила им не потребуется, пока в их гнездах не появится расплод. После того как матки начнут кладку яиц, отвод-си подсиливают двумя рамками зрелого расплода. В дальнейшем они развиваются самостоятельно и будут нуждаться лишь в двух-трехразовом расширении гнезд.
Отводки, в которые будут подсажены плодные матки, формируют более сильными, так как им вскоре после приема маток придется выполнять работу по воспитанию расплода.
Маточник, стараясь не помять, помещают между двумя верхними брусками средних рамок с расплодом. Здесь держится наиболее высокая и ровная температура, и матка поэтому будет нормально дозревать. Маточник укрепляют почти отвесно, под небольшим наклоном. Это позволит проконтролировать выход матки, не вынимая его. Молодую матку подсаживают в клеточке, помещая ее также в одну из средних улочек.
Маточники и маток лучше давать после того, как из отводка сойдут все летные пчелы, но не позже чем через два часа после сформирования. Задерживаться с этой операцией нельзя, так как пчелы, почувствовав отсутствие матки (таких пчел называют осиротевшими), сразу же поспешат заложить свищевые маточники па личинках, которые нередко оказываются даже на рамках со зрелым расплодом. Пчелы, заложившие маточники, потом уже не примут ни матку, ни маточник, пока не запечатают последнюк ячейку с личинкой.
Отводок из пчел и расплода нескольких семей. Иногда новую семью выгоднее создать не за счет одной, материнской, а двух-трех. Такие отводки принято называть сборными. Техника формирования их та же, что и индивидуальных, но рамки с расплодом и пчелами берут из разных семей. Как правило, их делают более сильными, почти такими же, какими в эту пору бывают основные семьи, и дают им плодных маток. В сильных сборных отводках сразу же создаются особо благоприятные условия для яйцекладки маток и выполнения всех других неотложных работ. По продуктивности такие отводки не отличаются от основных семей.
Сборные отводки можно формировать как ранней весной (для увеличения числа семей), так и в более поздние сроки (для предупреждения роения). В первом случае им дают запасных маток, перезимовавших на пасеке, во втором — маток, полученных из пчелопитомников.
Как индивидуальные, так и сборные отводки имеют один существенный недостаток — в них после формирования остаются одни нелетные пчелы, которые еще незнакомы с местностью и не возвращаются в материнское гнездо. Эта биологическая особенность пчел и лежит в основе искусственного роения. Но молодые пчелы не способны выполнять большинство ульевых и тем более полевых работ, и отводок поэтому в течение пяти — семи дней не проявляет внешних признаков жизни (пчелы из улья не вылетают). Если в отводок при формировании попадает часть открытого расплода или ему подсадят плодную матку, уход за расплодом в первые дни будет неполноценным.
Иная картина наблюдается в естественном рое. С ним уходят такие пчелы, которые способны выполнять все работы в гнезде и в поле с первых же минут своего самостоятельного существования. Биологически полноценную новую семью можно получить и путем искусственного роения. Обычные отводки (лучше сборные) формируют не днем, а к вечеру, когда большая часть пчел соберется в ульи. Летным пчелам, попавшим в отводки, не дают возможности вернуться в свои материнские гнезда.
Для этого летки отводков во время комплектования их гнезд держат закрытыми, а вечером в тот же день эти семьи отвозят на новое место к источникам взятка на расстояние не ближе чем на 4—5 километров от пасеки, иначе летные пчелы возвратятся на прежнее место и отводки снова станут неполноценными. Утром следующего дня пче-
лы облетятся и начнут трудовую жизнь в гнездах и поле. За время взятка летные пчелы утратят условный рефлекс на старое место и после возвращения на пасеку в свои прежние гнезда уже не слетят.
Пчел приучают к н о в о м у летку. Отводки с летными пчелами можно сделать и таким способом. В улье семьи, от которой хотят организовать отводок, заблаговременно (дней за 10—12 до формирования) открывают второй вспомогательный леток, лучше сбоку или в задней стенке. Когда пчелы привыкнут к новому летку и будут через него интенсивно летать, против него формируют гнездо отводка обычным способом, предварительно отделив эту часть улья глухой перегородкой.
Слета пчел из отводка почти не наблюдается, а те, которые привыкли пользоваться этим летком, будут продолжать летать в него. С течением времени отводок высаживают в новый улей и ставят его задней стенкой вплотную к летку старого улья. Новый леток должен оказаться на том же уровне и в прежнем направлении. Уход за такими отводками обычный.
Перезимовавший нуклеус — основа буду щей семьи. Несколько иначе формируют отводки, основой которых служат перезимовавшие нуклеусы с запасными матками. Маток в этих семейках пчеловоды-любители обычно оставляют на случай замены погибших или заболевших во время зимовки.
Так как в ульях с рамкой размером 435X300 миллиметров нуклеусы чаще содержат сбоку материнских семей, а в многокорпусных — сверху, первое время после выставки нуклеусы развиваются самостоятельно, пользуясь теплом материнских семей. Когда зимовалые пчелы заменятся молодыми и вес семей начнет прибывать, от них берут по рамке зрелого (на выходе) расплода (без пчел) и подсили-вают нуклеусы. А после того как из этих рамок выплодят-ся молодые пчелы, нуклеусы подсиливают вторично. Постепенный отбор двух-трех сотов с расплодом существенно не ослабит и не сдержит роста основных семей. Соты, подставленные взамен отбираемых, матки вскоре заносят яйцами, восстанавливая количество расплода. Частичный отбор печатного расплода, наоборот, благоприятно отражается и на общей деятельности семей и предупреждает проявление инстинкта роения.
Нуклеусы после усиления становятся вполне жизнеспособными и нормально растут. С течением времени объем
12-рамочного улья для семьи и нуклеуса становится тесным и начнет сдерживать их рост. Семьи разъединяют, Основная остается в своем улье, отводок (бывший нуклеус) переселяют в новый и помещают рядом, летком в том же направлении и на том же уровне.
Отводок в многокорпусном улье оставляют на месте. Объем гнезда его увеличивают постановкой нового корпуса.
Такие отводки называют ранними. Они к началу главного взятка вырастают в более сильные семьи, чем отводки средних или поздних сроков организации, поэтому не только обеспечивают себя кормом, по и дают значительное количество товарного меда.
Многие пчеловоды содержат по три-четыре нуклеуса с запасными матками в одном 12-рамочном улье, наглухо разгороженном фанерными перегородками, с летками в разные стороны. Если весной для исправления безматочных семей используют двух маток из трех, пчел обезмато-ченных нуклеусов присоединяют к оставшемуся с маткой, вынув перегородки и закрыв летки ликвидированных нуклеусов. Этот усиленный пчелами и расплодом нуклеус, который теперь уже превращается в хорошую семью, в подсиливании расплодом не нуждается и будет развиваться самостоятельно.
Если все семьи перезимуют благополучно и запасные матки не понадобятся, нуклеусы в первое время весны развиваются в этом коллективном улье так же, как сбоку основных семей, обогревая друг друга. Когда им станет тесно, два из них (крайние) выселяют в новые ульи и ставят вплотную к коллективному улью летками опять же в прежнем направлении. Все эти нуклеусы будут нуждаться в подсиливании.
Семью делят на две. А можно ли создать отводок, который жил бы так же полнокровно, как и естественный рой? Да, можно. Способ такой организации семьи вошел в практику под названиями — деления семьи на пол-лёта, пополам и др.
Техника формирования отводков, бытующих под этими названиями, одна. Улей с сильной семьей отставляют на полметра в сторону и на таком же расстоянии от прежнего места стоянки с другой стороны ставят пустой улей, желательно той же формы и того же цвета. Колышки или ульевую подставку, на которых прежде стоял улей, убирают. В направлении прежнего летка образуется пустое пространство.
Семью и гнездо (расплод и соты) делят на две равные части, одну из них оставляют в старом улье, другую с пчелами переносят в рядом поставленный. Матку отыскивать нет необходимости. Гнезда той и другой семьи ограничивают вставными досками, утепляют и ульи накрывают крышами.
Проще этот прием применить к многокорпусной семье: на новое место переносят не часть рамок с расплодом, а целый рас плодный корпус.
Пчелы, возвращающиеся из полета, инстинктивно идут в направлении летка, к которому они привыкли и из которого только что вылетели в поле. Но, вернувшись, летка не находят.
После некоторого замешательства и полетов в пространстве, образовавшемся между двумя ульями, начинают распределяться: одни идут в свой прежний улей, другие — в рядом стоящий. Пчелы летели к своему жилищу по строго определенному курсу, но потом, как бы наткнувшись на какое-то препятствие, начали делиться на две части (отсюда и название способа — деление семьи пополам).
Как правило, большая часть пчел идет в тот улей, в котором оказывается матка. Поэтому его постепенно и понемногу отодвигают в сторону до тех пор, пока глазомерно не будет установлено, что возвращающиеся пчелы распределяются по ульям примерно в равном количестве.
В том улье, где не окажется матки, примерно через 20—30 минут после деления пчелы начнут волноваться, выходить на переднюю стенку и прилетную доску, показывая тем самым, что они осиротели. Этой семье и дают матку или зрелый маточник.
В отводки, созданные таким образом, попадают пчелы всех возрастов, и они поэтому сразу же после разделения семьи нормально работают в поле (собирают нектар, пыльцу и приносят воду), ухаживают за расплодом, а там, где плодная матка, и строят соты. Такие отводки по праву называют биологически полноценными.
Как правило, к делению семей пополам прибегают летом, когда они достаточно усилятся, а нередко даже и после главного взятка. Поэтому не случайно этот способ называют способом летних отводков. Его можно применять только летом, когда семьи сильные. Но в этом как раз и его недостаток.
Главная цель практического пчеловодства состоит в том, чтобы к решающему периоду медосбора вырастить
семьи возможно большей силы, так как только тогда они смогут собирать много меда. Способ деления семьи пополам идет вразрез с главной целью практики. Воспользовавшись этим способом, пчеловод из каждой сильной семьи накануне главного взятка делает две слабых, способных в лучшем случае заготовить себе корм, а не собирать товарный мед.
Невыгодно пользоваться этим способом и после главного взятка. Товарный мед, который соберет сильная неразделенная семья, пчеловод вынужден будет отдать отводку на корм.
Нередко так поздно организованные отводки не успевают нарастить необходимые резервы пчел и в зиму идут недостаточно сильными.
Отводки формируют не только для увеличения числа семей, но и для усиления отставших в развитии перед главным взятком или ослабленных во время медосбора, чтобы они полнее использовали другой, следующий за ним взяток.
Как индивидуальные, так и сборные отводки формируют не от каждой сильной семьи, а только от самых выдающихся по хозяйственным и биологическим качествам.