Именно эти вопросы и заставили меня обратиться к истории нашего русского пчеловодства. А как все было во времена его расцвета? Но чем больше я изучаю историю древних славян, тем сильнее и сильнее убеждаюсь в том, что наши предки были совсем не такими, какими их описывает наша историческая наука. Возьмите хотя бы книги по истории бортничества на Руси. В них рисуется образ, конечно же, смекалистого, умелого, храброго мужика, которых ходил по дремучим лесам, долбил дупла в деревьях, а потом отбирал у пчел мед. Но примитивным было его пчеловодство. Не знал он, не ведал, ни где пчелы берут воск, ни как эти нежные насекомые умудряются пережить суровую зиму, ни того, что самая большая пчела — это и есть родоначальница всей семьи, а никакой не «царь». Бортник никак не влиял на жизнь пчелиной семьи. Пчелы были
загадкой.
Но узнав результаты этого древнею промысла, почитав свидетельства очевидцев и сравнив то, что было, с тем, что есть сейчас, вдруг начинаешь с удивлением понимать, что по сравнению с нами, наши предки были великими пчеловодами, а лучшее пчеловодство — это бортничество. Никто ведь и не отрицает, что еще совсем недавно, каких-то 400 — 500 лет назад, пчеловодство на Руси переживало свой расцвет. А сколько времени оно цвело — один Бог знает! Самому древнему из найденных скобелей — орудию, с помощью которого наши предки выделывали борти и колоды, более 100 тысяч лет. Иноземцы в средние века называли Русь страною с медовыми реками, текущими в восковых берегах.
Неграмотные, заросшие бородой мужики в лаптях, для которых жизнь пчелиной семьи была одна большая загадка, постоянно и систематически заливали Европу и Азию медом и воском. Без пчеловодческих обществ, без лекарств, без вощины, без племенного дела, без поддержки государства сами по себе добывали столько меда и воска, что нам сейчас такие объемы кажутся недостижимой перспективой. А ведь Сибирь тогда была еще сама по себе. У большинства бортников было по 50 — 80 бортей с пчелами. Причем на каждое дельное дерево в среднем приходилось семь свободных бортей для заселения роями. Некоторые бортники владели сотнями семей, по 200 — 500, а бортники — хозяева в своих бортных ухожьях — насчитывали тысячи бортей.
По изысканиям большого знатока старины и бортничества Н.М. Витвицкого, в 1506 — 1507 годах только из четырех княжеских комор-кладовых — Полоцкой, Брест — Литовской, Гродненской и Владимирской
-  было отпущено на продажу 23  129 пудов чистого воска, не считая частных продаж. По его расчетам, за два года в эти кладовые поступило около  16 миллионов п>дов меда (из 70 фунтов (1  фунт — 409,5  гр.) выломанных сотов с медом выходил  1   фунт воска). А эти области составляли лишь трехсотую часть России. А всего на Руси, он считал, было около 50 миллионов пчелиных семей. По общему количеству меда источники расходятся. Но все равно приводятся фантастические цифры